Редакторы ELLE Украина

«Я продолжала работать под шум обстрелов», — говорит шеф-редактор сайта ELLE.UA Екатерина Попова. Даже 24 февраля, когда около 5 утра Киев проснулся от неутихающих взрывов, она и вся редакция украинского Ellе не стали прекращать свою работу.

Вот уже четыре с половиной месяца редакторы издания без выходных сражаются на информационном фронте, донося правду до каждого читателя. Сегодня на страницах журнала и сайта ELLE Украина статьи о главных трендах нового сезона соседствуют с информацией о том, куда обратиться за психологической помощью. Материалы о бьюти-рутине редакторы совмещают с рассказами, как спастись от химической атаки. Главными героями их интервью сегодня становятся не модные инфлюенсеры, а волонтеры и люди, выжившие во время оккупации Мариуполя, Гостомеля, Бучи…

Как редакции удалось организовать рабочий процесс в условиях новой реальности, сохранить холодный разум, не поддаваясь эмоциям, и кардинально изменить контент ELLE — читайте в новом материале.

Екатерина Попова

Шеф-редактор сайта ELLE.UA
@katerinakareva

Редакция ELLE Украина не прекращала работу даже в первый день войны. Как вам удалось организовать рабочий процесс в таких условиях? В частности, не поддаваться эмоциям и панике?

В первый день полномасштабной войны мы сразу начали работать, даже мысли не было, что может быть как-то иначе. Это наша миссия — доносить правду миру через все возможные площадки (журнал, сайт и соцсети), потому что слово — это сила. 

Я сразу пересмотрела и организовала работу редакции. С первого дня войны мы изменили тематику материалов: теперь мы пишем не о трендах, селебрити и лайфстайле, а о том, что беспокоит каждую украинку сегодня: как спастись от химических атак и что делать во время обстрелов, новости с дипломатического фронта и материалы о культуре и истории Украины.

Сейчас я работаю больше, чем когда-либо прежде. Но я люблю свою работу, она не дает пасть духом. Говорю всем, что моя работа сейчас — это мой вид психотерапии. Когда я работаю, я полностью погружаюсь в процесс и чувствую, что мы делаем важный вклад — мы информируем людей и это сейчас очень важно. 

Вспомните, как выглядели ваши рабочие будни в первые дни войны?  

Постоянный шок, сирены, взрывы, обстрелы, страх потерять все – жизнь с 24 февраля разделилась на «до» и «после». Казалось, мой день уже не начинался и не заканчивался, а все болезненные дни войны стали как один. Не могла часто спать ночью из-за воздушных тревог, когда нужно бежать к укрытию или коридору. Из-за того, что есть страх упустить что-то сверхважное, в три часа ночи читала, что происходит на фронте. Утром начинала работать и выбирать новости для сайта и работала до поздней ночи. Когда слышали сирены, бежали к укрытию, потом выходили, и я продолжала работать под шум обстрелов. Сейчас работа — это наша обязанность, поскольку слово тоже оружие, а журналисты сейчас на информационной передовой.

Как удалось абстрагироваться от потока тревожных новостей, сохранять холодный разум и продолжать делать свое дело?

Без раздумий скажу — работа, холодный разум и ощущение единства. Мы доверяем только проверенным официальным источникам и никак иначе. Много слухов вокруг, много российской пропаганды просачивается в инфополе. Страх и тревога сегодня есть у каждого украинца, но стараешься абстрагироваться, чтобы не навредить себе и близким еще больше, донатить ВСУ, продолжать жить, насколько это возможно, поднимать экономику Украины и бороться с врагом на информационном фронте. 

Сейчас же вы пишите о тяжелых вещах, таких как насилие и смерть. Расскажите об этом.

Сомнений не было ни на секунду, так как тут все от обратного — мы не могли об этом не писать. «Переход» оказался резким. В один момент единогласно мы определились с новым редакционным планом и начали работу незамедлительно. Со времени своего основания в 1945 году издание ELLE исповедует ценности, исполненные эмпатии и гуманизма. ДНК бренда — тесная связь с женской аудиторией и человечеством в глобальном смысле. Сейчас, во времена тяжелых испытаний, издание ELLE в Украине рассказывает о том, какой стала жизнь украинцев после 24 февраля.

Поэтому наша редакция активно работает на сайте 24/7 и пишет о главных новостях на дипломатическом фронте, а также о важных прикладных материалах, которые помогают гражданам правильно действовать в условиях войны, в том числе и о насилии, историях волонтеров и жителей оккупированных территорий, которые остаются там или смогли выехать.

Никогда не думала, что мы будем писать о таких вещах, и будем работать в таких условиях. Под гул сирен и обстрелов, в бомбоубежищах, метро и подвалах. Признаться, морально это все очень трудно, потому что каждую историю пропускаешь через себя, но силы возвращаются, когда мы видим благодарность и отдачу героев материалов и наших читателей. И да, уже каждый из нас мечтает о том, как будем писать о нашей победе!

С началом войны редакция работала абсолютно без выходных. Как вам при этом удавалось не выгорать? Поменялся ли сейчас график, и вернулись ли вы уже в киевский офис?

Позволить себе выгореть сейчас мы не можем. Сложно бывает часто, но приходится с этим бороться и работать дальше. 

График у нас такой же, как и был в начале войны. Я начинаю работать на сайте с самого утра: просматриваю, анализирую и фильтрую новости, отправляю редакторам темы, контролирую процесс написания материалов, просматриваю аналитику, отвечаю на письма. Также обсуждаю контент для Instagram с контент-менеджером. Когда у всех есть четкий план, то начинаем работать. 

Работаю со смартфона 24/7 и где бы я не находилась — всегда на связи с командой. Помню, как вносила правки с телефона даже в убежище. 

Расскажите о проекте «Военный дневник». Как вам пришла в голову эта идея?

Видя и слыша тяжелые истории людей в зоне горячих боевых действий, старший редактор журнала Светлана Кравченко решила поговорить с жителями Мариуполя, Гостомеля, Бучи, Тростянца, Славутича, Чернигова и Харькова о своем опыте переживания войны. Так, на сайте вышла серия «Военных дневников», которая заставляет посмотреть на войну другими глазами — глазами очевидцев. Каждая история оставляет свой след, читать их эмоционально очень сложно, в каждой из них столько боли и горя. Светлана расскажет о проекте подробнее.

Стало ли легче спустя четыре месяца войны?

Однозначно нет. Многие говорят о том, что интерес людей к теме войны стал меньше, но это не так. Ни один украинец не чувствует себя в безопасности. Каждый из нас сейчас не живет, а имитирует жизнь. Мы не знаем, что с нами будет завтра, страшно подумать — повезет или нет. В начале июня я и моя семья проснулись от взрывов где-то близко с моим домом в Киеве. Настолько сильным, что аж стены и окна дрожали. А потом, глядя в окно, я увидела, как на мой дом летела ракета. Тогда я и мои близкие уже фактически прощались с жизнью, думая, что ракета разнесет верхние этажи, а нам нужно бежать вниз пока не поздно. Нам просто повезло, на этот раз ракета пролетела мимо. Поэтому сказать о том, что стало легче — невозможно. Каждый день — это борьба за жизнь, свободу и независимость. Где бы мы не находились, что бы мы не делали, украинцы помнят о войне, донатят ВСУ, вносят свой вклад и верят в победу Украины. 

Мы не знаем, что с нами будет завтра, страшно подумать — повезет или нет. В начале июня я и моя семья проснулись от взрывов где-то близко с моим домом в Киеве. Настолько сильным, что аж стены и окна дрожали. А потом, глядя в окно, я увидела, как на мой дом летела ракета.

Соня Забуга 

Главный редактор журнала ELLE и ELLE-Decoration Украина
@sonickelle

Вспомните, как выглядели ваши рабочие будни в первые дни войны?  

Март был, пожалуй, самым сложным эмоционально. Киев был абсолютно пустым. Серым. Холодным. Помню, как выходя в супермаркет, ловила себя на мысли, что я единственный человек на весь квартал — людей на улице практически не было. 

Случались моменты, когда воздушные сирены срабатывали прямо посреди пути, и тогда возникала дилемма: возвращаться ли обратно домой или все же продолжить поход за продуктами. Мы очень боялись сирен. Это звук, к которому никто из нас не может привыкнуть даже спустя четыре месяца после начала войны. Дни были похожи один на другой. Мы жили между отчаянием и надеждой: чтение новостей, онлайн-летучки с коллегами и интервью для иностранных СМИ.

Было важно рассказать, как у нас обстоят дела. И даже в те моменты, когда было особенно трудно, и единственное, чего хотелось — просто смотреть в пустоту, я понимала, что не имею морального права пренебрегать возможностью рассказать иностранным журналистам правду о войне в Украине. И продолжала давать интервью. Это был мой персональный фронт. Пусть и информационный.  Была и остаюсь благодарна всем, кто нас поддерживал и продолжает это делать. 

Как удалось абстрагироваться от потока тревожных новостей, сохранять холодный разум и продолжать делать свое дело?

 Честно говоря, дать ответ на этот вопрос — сложно. Бывали моменты, когда становилось просто страшно. Работа — это то, что помогло мне справиться с эмоциями.

И даже в те моменты, когда было особенно трудно, и единственное, чего хотелось — просто смотреть в пустоту, я понимала, что не имею морального права пренебрегать возможностью рассказать иностранным журналистам правду о войне в Украине. И продолжала давать интервью. Это был мой персональный фронт.

Сейчас же вы пишите о тяжелых вещах, таких как насилие и смерть. Расскажите об этом.

В середине марта мы приняли решение о том, что будем делать номер в цифровой версии. И что назовем его HOPE. Конечно, мы посвятили его тем реалиям, в которых оказались. Более того, мы сознательно приняли решение делать две версии номера: украинскую и английскую. Чтобы потом разослать ссылки на нее нашим зарубежным коллегам.

Самым сложными эмоционально стала серия Военных дневников, которые делала наш старший редактор Светлана Кравченко. Истории людей, оказавшихся в зоне горячих боевых действий. Нам было важно передать их чувства и эмоции. Эта серия интервью заставляет посмотреть на войну в Украине совершенно другими глазами. 

Символичной стала и обложка номера: мы попросили иллюстратора из Харькова Сашу Анисимову подготовить для нас специальный сюжет. Харьков — один из городов, который с самого начала войны пребывает под постоянными воздушными атаками. Силуэты людей на фоне разрушенных зданий на одной из центральных улиц города — одновременно и символ жизни, которая ушла, и новой, которая непременно придет на смену.

С началом войны редакция работала абсолютно без выходных. Как вам при этом удавалось не выгорать? Поменялся ли сейчас график, и вернулись ли вы уже в киевский офис?

С началом войны дни недели будто перестали существовать. Поменялся и график редакции в его довоенном понимании. Есть вещи, которые просто нельзя отложить с пятницы вечера на понедельник утро — о них нужно говорить здесь и сейчас. На войне нет выходных. 

Сегодня мы продолжаем работать в онлайн-режиме. Готовим очередной номер, посвященный Украине в новых реалиях в digital-версии. А когда все же собираемся в стенах офиса, долго не можем разойтись — все скучают друг по другу и по общению. Хотя темы для бесед в основном военные.

Стало ли легче спустя четыре месяца войны?

В последнее время много говорят о том, что тема войны в Украине постепенно теряет накал и актуальность, что появилась определенная усталость. Но, поверьте, для украинцев боль по-прежнему сильна. Когда около двадцати процентов твоей территории находится в оккупации, и когда ты знаешь как именно она выглядит, свыкнуться с мыслью о войне — невозможно.

Территория Украины регулярно подвергается авиаударам с территорий России, Белоруссии и акватории Черного и Каспийского морей. Фактически любая точка нашей страны сегодня в зоне досягаемости для ударов. Ни у кого из украинцев нет ощущения безопасности.

Сегодня, когда я готовлю ответы на вопросы для вашего издания, Киев снова подвергся ракетным ударам (четыре взрыва в самом центре Киева ранним утром и еще два — несколькими часами позже в другом районе). Поверьте, к такому нельзя привыкнуть. Мы были уверены, что эпоха варварских феодальных завоеваний давно осталась в прошлом. В то время, когда весь цивилизованный мир живет в измерении технологий будущего, путинский режим упорно продолжает исповедовать ценности глубокого прошлого, жестоко и цинично насаждая их вокруг. 

Светлана Кравченко

Старший редактор журнала ELLE Украина
@iva_svitla

Редакция ELLE Украина не прекращала работу даже в первый день войны. Как вам удалось организовать рабочий процесс в таких условиях? В частности, не поддаваться эмоциям и панике?

Оставить людей без информации — это все равно, что бросить их без защиты на произвол судьбы. Мы не могли не опубликовать на сайте первое обращение президента Владимира Зеленского к украинцам, информацию о введении военного положения или главные тезисы долгожданного выступления Джо Байдена. Иначе теряется любая ценность и смысл нашей профессии. Даже если еще вчера мы писали о модных юбках и делились подборками сериалов на выходные. Мы были обязаны поддержать украинцев и рассказать миру правду, с которой нам пришлось столкнуться.

Вспомните, как выглядели ваши рабочие будни в первые дни войны? 

Лично я очень быстро нашла спасение именно в работе. В подвале, на чердаке, в сарае, везде, где только я могла поймать Wi-Fi, я пыталась работать. Во-первых, чтобы быть сконцентрированной на чем-то еще, кроме новостей о взрывах и обстрелах. А во-вторых, я убедила себя, что каждый мой материал важен. И как показывала статистика просмотров, материалы о том, что положить в тревожный чемодан, как сохранять спокойствие, как не простудиться в бомбоубежище или как накладывать повязку в случае ранений, людям действительно тогда были необходимы.

Как удалось абстрагироваться от потока тревожных новостей, сохранять холодный разум и продолжать делать свое дело?

Кроме работы за ноутбуком, меня спасала также механическая работа. В доме нас проживало 8 человек (представители трех поколений), 2 кошки и 2 собаки. Я готовила три раза в день еду, мыла посуду, ходила в магазин за продуктами и убирала в комнатах. Быть все время занятой и каждые полчаса уточнять у мамы и бабушки, все ли у них в порядке, стало моим спасательным кругом.

Сейчас же вы пишите о тяжелых вещах, таких как насилие и смерть. Расскажите об этом.

Первые месяцы полномасштабного вторжения представить какую-нибудь модную подборку на сайте ELLE.UA было почти невозможно. Селекция контента происходила на интуитивном уровне. Все наши публикации, так или иначе, строились вокруг одного вопроса — как выжить?

Спустя какое-то время мы поняли, что человеческая психика не может потреблять только негативные новости, рано или поздно она потребует альтернативу. Так постепенно мы начали разбавлять нашу ленту благотворительными инициативами, советами психологов и гинекологов, обзорами патриотической одежды или уходовой косметики от украинских брендов. Казалось бы, сегодня мы заполняем почти все наши привычные рубрики. Но сайт до войны и ELLE.UA сейчас — это не одно и то же. Мы изменились навсегда, также как и сознание каждого украинца.

Первые месяцы полномасштабного вторжения представить какую-нибудь модную подборку на сайте ELLE.UA было почти невозможно. Селекция контента происходила на интуитивном уровне. Все наши публикации, так или иначе, строились вокруг одного вопроса — как выжить?

С началом войны редакция работала абсолютно без выходных. Как вам при этом удавалось не выгорать? Поменялся ли сейчас график, и вернулись ли вы уже в киевский офис?

О возвращении в офис говорить еще слишком рано, как бы этого всем нам ни хотелось. В Киеве, как и по всей Украине, летают ракеты, унося жизни невинных людей. Мы до сих пор продолжаем работать кто откуда: кто-то из села в другом регионе, а кто-то из другого континента. В режиме нон-стоп, с постоянными онлайн-звонками, планированием новых проектов и запуском новых рубрик. Сегодня тяжело каждому украинцу, но очень земные вещи, такие как возможность слышать и обнимать своих родных, мотивируют двигаться дальше. А отдохнем уже после победы, обязательно на пляжах мирной Одессы или Мариуполя.

Расскажите о проекте «Военный дневник». Как вам пришла в голову эта идея?

В Украине больше нет историй, которые не шокируют и не вызывают ужас. Сегодня каждый из нас — герой «Военного дневника». Изначально идея рассказать истории жителей из самых горячих военных точек Украины возникла у меня вместе с главным редактором журнала Соней Забугой при подготовке нашего апрельского HOPE ISSUE.

Мы готовили двуязычную версию номера и хотели, чтобы с нашей помощью мир узнал всю правду о военных преступлениях России на территории Украины. В результате часть дневников вошла в журнал, остальные истории были опубликованы на сайте. Это истории людей, которые ползали по квартире и боялись даже смыть в туалете, потому что этажом ниже оккупанты обустроили свой штаб. Которые сидели в коридоре, в то время как сыпались окна их балкона. Которые с голыми руками шли против вражеских танков. Которые под обстрелами помогали коммунальщикам разбирать завалы на улицах. Которые ночевали в ледяном подвале, носили воду из колодца и готовили на костре. Которые бежали из родного города, усыпанного трупами. Которые остались с одним паспортом, потеряв навсегда дом. Это истории обычных украинцев, которым Россия навсегда сломала жизни. 

Сейчас, как и четыре месяца назад, мы просим мир об одном — не забывать ни на день, что в самом центре Европы идет жестокая и несправедливая война, развязанная кровавым диктатором. Пожалуйста, не привыкайте к войне в Украине. Каждый день нашей стойкости стоит большого количества человеческих жизней. Самое простое и в то же время самое важное, что вы можете сделать для нас, — просто не забывать.

Стало ли легче спустя четыре месяца войны?

Нет, становится только больнее. Потому что каждый день появляется все больше информации об утраченных жизнях, домах, городах… К этому невозможно привыкнуть, невозможно адаптироваться. И как бы мы ни пытались просто жить (покупать кофе, выгуливать собаку, встречаться в кафе с друзьями), напряжение и огромный страх, которые сжали все тело 24 февраля, до сих пор не отпускают. Мы имитируем жизнь, сами убеждаем себя, что живем. Спасает только безграничная вера в ВСУ, в своих людей, в свою страну. С твердой верой в победу выживать как-то легче.

Иванна Петрович

Lifestyle-редактор ELLE.UA
@ivankapetrovich

Вспомните, как выглядели ваши рабочие будни в первые дни войны? 

Вспоминая о первых днях войны, начинают потеть руки, а сердцебиение ускоряется. Этот ужас уже не стереть из памяти. Первые дни были самыми напряженными. Становилось все страшнее. Слышались взрывы. Каждый новый день начинался и заканчивался просмотром новостей. Я постоянно просыпалась от взрывов и читала новости. Было страшно, но мы работали. Наш долг как журналистов писать и говорить правду о том, как российские солдаты уничтожают украинские города, насилуют женщин и детей, убивают мужчин, пытают людей, обворовывают дома, обстреливают детские сады и школы. Помимо этого, мы стараемся поддерживать моральный дух наших читателей.

Воздушные тревоги не прекращаются и сейчас, ты слышишь их каждый день. Этот звук невозможно воспринимать спокойно. Когда слышишь сирену, в голове лишь одна мысль: «Когда же россияне оставят нас в покое!»

Как удалось абстрагироваться от потока тревожных новостей, сохранять холодный разум и продолжать делать свое дело?

Работать удавалось благодаря стойкости, патриотизму и ощущению единства. Вся Украина объединилась, чтобы победить врага, и мы активно принимаем в этом участие на информационном фронте. Мы знали, что делаем важное дело и помогаем людям, публикуя не только новости, но и полезные материалы о поддержании морального духа, первой медицинской помощи, безопасности, как вести себя при обстрелах, что делать при химической опасности, как обезопасить детей, куда обращаться, как быть, если вы или ваши близкие подверглись изнасилованию, и не только.

Сейчас же вы пишите о тяжелых вещах, таких как насилие и смерть. Расскажите об этом.

Это морально сложно, как и жить в состоянии войны в целом. Наиболее тяжелым для меня был материал о том, как действовать и куда обращаться, если вы подверглись изнасилованию. Описывать то, что должна сделать женщина во время и после изнасилования, тяжело без эмоций и эмпатии. В такие моменты стоит ком в горле, а пальцы автоматически попадают мимо нужных букв из-за дрожи. Особенно, когда понимаешь, что на месте изнасилованной женщины могла оказаться ты или твой близкий человек. Украинские власти докладывают о систематических изнасилованиях российскими военными украинских женщин с начала вторжения РФ на территорию Украины. Случаев изнасилования, поражающих своей жестокостью и зверством, очень много, однако не все они зафиксированы официально.

С началом войны редакция работала абсолютно без выходных. Как вам при этом удавалось не выгорать? Поменялся ли сейчас график, и вернулись ли вы уже в киевский офис?

Когда в твоей стране война, и ты понимаешь, что снаряд может завтра прилететь в твой дом, ты не думаешь о выгорании. У тебя одна задача — выжить и оказаться в безопасном месте. В первые дни было сложно. Мы прятались в укрытиях, перемещались, а интернет работал с перебоями — это усложняло систематичность работы, но мы не прекращали работать ни дня. Со временем мы вернулись к прежнему графику, но продолжаем работать в выходные.

У тебя одна задача — выжить и оказаться в безопасном месте.

Стало ли легче спустя четыре месяца войны? 

Нет. Война продолжается. Она навсегда оставила огромную дыру внутри, разрастающуюся с каждым днем. Мы благодарим наших защитников, которые ежедневно отважно борются за нашу страну и наш спокойный сон.


Интервью: Анастасия Лендьел

Фото: Instagram/ @katerinakareva/ @sonickelle/ @iva_svitla/ @ivankapetrovich

Иллюстрация изображения: Юлия Колмогорова

Поделиться: