Первая женщина-режиссер в ОАЭ Найла Аль Хаджа о карьерном пути, проекте мечты и балансе между амбициями и их воплощением

Найла Аль Хаджа прокладывала путь в индустрию, где долгое время не было места для женского взгляда. Сегодня ее фильмы исследуют внутренние конфликты, идентичность и границы между реальностью и эмоцией, а сама она настаивает: в кино важнее всего честность. В эксклюзивном интервью для ELLE Kazakhstan Найла Аль Хаджа объясняет, почему не стоит ждать разрешения, как рождается ее визуальный язык и почему иногда тишина звучит сильнее любых слов.

ELLE: Вы — первая женщина-режиссер в ОАЭ. Что вдохновило вас выбрать карьеру в киноиндустрии?

Найла Аль Хаджа: Меня с самого детства тянуло к сторителлингу — не только как к форме развлечения, но и как к способу понять человеческую природу. Я росла, почти не видя историй, в которых отражалась бы эмоциональная сложность женщин нашего региона, и именно это отсутствие стало для меня внутренним импульсом. Кино дало мне язык, позволяющий говорить о том, что обычно остается невысказанным — и, однажды открыв его для себя, я уже не смогла с ним расстаться.

ELLE: Ваши фильмы Three и Baab отличаются сложной визуальной и эмоциональной структурой. Как вы работаете с актерами и выстраиваете кадр, чтобы передать внутренний мир ваших героинь?

Найла Аль Хаджа: Для меня работа над ролью начинается задолго до включения камеры. Я уделяю много времени совместной проработке с актерами их психологического бэкграунда, чтобы они ясно понимали не только действия персонажа, но и их внутреннюю мотивацию.
Визуально я выстраиваю кадр предельно осознанно: плотные композиции, использование негативного пространства и выверенная пластика движения помогают передать внутреннее состояние героини. Камера при этом не остается сторонним наблюдателем — она становится полноправным участником ее эмоционального переживания.

Первая женщина-режиссер в ОАЭ Найла Аль Хаджа о карьерном пути, проекте мечты и балансе между амбициями и их воплощением — Кадр из фильма Three

ELLE: Музыка часто становится частью режиссерского языка. Как вы работаете со звуком и саундтреком, чтобы усиливать эмоциональное и атмосферное звучание сцены?

Найла Аль Хаджа: Звук — один из самых выразительных инструментов в кино, порой даже более сильный, чем изображение. Я начинаю работать с ним на самых ранних этапах. Например, в BAAB звук фактически превращается в отдельного персонажа — особенно через мотив тиннитуса.
Для меня важно, чтобы звук не просто сопровождал сцену, а раскрывал ее глубже — а иногда и вступал с ней в тонкое противоречие. Тишина при этом не менее выразительна: умение точно почувствовать момент, когда музыка не нужна, может производить не менее сильный эффект, чем ее присутствие.

ELLE: Каким образом Дубай поддержал ваш путь как режиссера и повлиял на ваш творческий голос?

Найла Аль Хаджа: Дубай дал мне редкое сочетание структуры и свободы. С одной стороны — доступ к ресурсам, развитой инфраструктуре и формирующейся киноиндустрии, что позволяет работать на высоком профессиональном уровне. С другой — сама индустрия здесь еще не зафиксирована жесткими рамками, а значит остается пространство для поиска и эксперимента. Именно это помогло мне сформировать более личный, а не формульный режиссерский язык.

ELLE: Режиссура — это не только творчество, но и управление командой. Как вам удается находить баланс между художественным видением, продюсерскими задачами и международными проектами?

Найла Аль Хаджа: В основе всего лежит ясность. С самого начала важно четко сформулировать свое видение, чтобы вся команда двигалась в едином направлении. При этом не менее важно сохранять открытость к диалогу и сотрудничеству.
Продюсерский опыт дал мне понимание практической стороны кинопроизводства — бюджетов, логистики, сроков, — и позволяет принимать творческие решения, которые остаются реализуемыми. В итоге это всегда тонкий баланс между амбициями и их воплощением.

ELLE: Фильм Three объединяет современную психологию и древние традиции, тогда как Baab сосредоточен на глубоком эмоциональном пути героини. По каким критериям вы понимаете, что именно эта история достойна быть рассказанной на экране?

Найла Аль Хаджа: История должна «оставаться» со мной. Если она не отпускает, продолжает развиваться и обрастать новыми смыслами в моем сознании, значит, в ней действительно есть внутренняя сила.
Меня привлекают истории, исследующие внутренние конфликты, идентичность, утрату и трансформацию. Я не ориентируюсь на тренды — для меня определяющей остается эмоциональная подлинность. Если я проживаю историю на глубоком уровне, есть вероятность, что она откликнется и у зрителя.

ELLE: Как бы вы определили свой режиссерский почерк?

Найла Аль Хаджа: Атмосферный, психологически выверенный. Для меня важнее не объяснять, а вызывать ощущение. Мои работы часто существуют на границе реальности и более абстрактного пространства, где именно эмоция становится движущей силой повествования.

ELLE: Вы работали над короткометражными и полнометражными фильмами, а также кампаниями для глобальных брендов. Могли бы вы поделиться своим «чек-листом» режиссера перед началом нового проекта, опираясь на ваш опыт?

Найла Аль Хаджа: Мой чек-лист всегда строится вокруг нескольких ключевых ориентиров:

ясна ли эмоциональная основа истории?
понимаю ли я персонажей на глубоком уровне?
каким будет визуальный язык фильма?
какое ощущение должно остаться у зрителя в финале?
реализуемо ли это в рамках доступных ресурсов?

Если все эти элементы сходятся, я понимаю, что можно двигаться дальше.

ELLE: Как Дубай влияет на ваш сторителлинг — визуально и эмоционально, как на режиссера?

Найла Аль Хаджа: Дубай формирует мой взгляд через контраст. Это город, где современность и традиции сосуществуют — зачастую в одном кадре. Визуально это открывает широкий диапазон: от строгой урбанистической графики до более камерных, насыщенных фактурой пространств. На эмоциональном уровне здесь ощущается внутреннее напряжение: люди постоянно меняются, адаптируются, живут на пересечении разных идентичностей. Эта двойственность органично становится частью моего сторителлинга — особенно в темах идентичности, одиночества и трансформации.

ELLE: Вы последовательно поднимаете тему женского присутствия в индустрии. Какой совет вы бы дали начинающим женщинам-режиссерам?

Найла Аль Хаджа: Не ждите разрешения. В этой индустрии никто не создает идеальных условий — возможности приходится создавать самой. Будьте готовы, хорошо знайте свое ремесло и доверяйте собственному голосу. Уверенность приходит через практику, а не через внешнее одобрение.

ELLE: Если бы вам нужно было описать свой режиссерский стиль одним словом для женщин по всему миру, каким бы оно было — и почему?

Найла Аль Хаджа: Честность. Для меня важно, чтобы история рождалась из внутренней правды, а не из ожиданий. Когда работа по-настоящему честная, она находит отклик вне зависимости от культуры, языка или географии.

ELLE: Что, на ваш взгляд, делает Дубай привлекательным направлением для международных кинематографистов сегодня?

Найла Аль Хаджа: Прежде всего — сочетание удобства и визуального разнообразия. В одном городе можно снимать в совершенно разных локациях: от современной урбанистики до пустыни, побережья и исторических районов — и все это на небольшом расстоянии друг от друга.
При этом здесь развитая инфраструктура, профессиональные съемочные команды и понятная система организации процессов, что делает производство более быстрым и удобным.
И есть еще один важный фактор — у города есть своя особая энергия и ритм, которые хорошо передаются на экране, особенно в историях, построенных на контрастах и масштабе.

ELLE: Если бы вы снимали фильм, полностью происходящий в Дубае, какие локации вы бы выбрали, чтобы показать его многогранность, и почему?

Найла Аль Хаджа: Если бы я снимала фильм, полностью происходящий в Дубае, я бы сознательно ушла от очевидных локаций и сосредоточилась на пространствах с характером. Исторические районы, такие как Аль-Фахиди, несут в себе ощущение памяти и тишины. Промышленные зоны на окраинах дают более сырой, почти абстрактный визуальный язык. Пустыня за пределами города добавляет масштаб и паузу — для меня это очень мощный выразительный инструмент.
И, конечно, интерьеры — дома, коридоры, частные пространства, где разворачивается основная эмоциональная драматургия. Вместе эти слои раскрывают Дубай не как зрелищный фон, а как пространство настроения и внутреннего состояния.

ELLE: Поделитесь планами: о чем будет ваш следующий фильм?

Найла Аль Хаджа: Сейчас я работаю над новым, очень важным для меня проектом, но пока рано раскрывать детали. Следите за моими социальными сетями — в ближайшее время появятся новости о следующем фильме.