Сегодня голос женщины в медиа звучит по-особенному: он разрушает устаревшие парадигмы, гармонично сочетая в себе решительность и деликатность, строгую констатацию фактов и глубокое понимание человеческой природы. В юбилейный 30-й год легендарной новостной программы «Информбюро» на «31 канале» мы поговорили с тремя героинями проекта о том, как сочетание эмоционального интеллекта и профессионального стержня помогает управлять информационными потоками. Эту команду объединяет крепкая внутренняя опора и абсолютная преданность делу, которые позволяют бережно и честно говорить со зрителем о самом важном даже в эпицентре информационных бурь.
Гульжан Мукушева: «Мой самый главный принцип в работе — это честность»
Решения, которые формируют информационную картину дня целой страны, принимаются за доли секунды. За тем спокойствием, которое зритель видит на экране, стоит масштабная архитектура процессов, которой управляет главный редактор. За 22 года в профессии Гульжан Мукушева прошла все этапы — от стажера до руководителя и точно знает, из чего складывается настоящий авторитет в новостях.
ELLE: Что для вас значит женское лидерство в редакции?
Гульжан: Для меня лидерство — достаточно универсальное понятие, я не делю его на мужское и женское. В первую очередь, лидерство — это ответственность. Ответственность за команду, за продукт, за процессы. Без этого лидерства не бывает. Во-вторых — умение работать в команде: делегирование, качественный взаимообмен и признание заслуг других игроков. И еще один важный аспект: в большом потоке операционных задач необходимо помнить о своей роли творца. Не только помнить, но и лелеять и взращивать ее в себе. Проще говоря, мечтать, строить стратегии и делать. Между последними двумя действиями желательно не застревать!
ELLE: Как вы пришли к роли главного редактора — что стало поворотной точкой?
Гульжан: За 22 года в профессии я прошла все этапы карьерного роста — от стажера до заместителя генерального директора медиахолдинга. Впервые главным редактором или директором департамента информационных программ я стала еще в далеком 2007 году. Видимо, уже тогда вышестоящие коллеги увидели во мне тот самый лидерский потенциал. И каждому из них я сегодня благодарна за доверие, прозорливость и вклад в мое профессиональное становление. Моя «поворотная точка» в любом решающем старте — это люди. Такие же журналисты, медиаменеджеры и большие профессионалы.
ELLE: Ваши основные принципы работы с командой.
Гульжан: Мой самый главный принцип в работе — это честность. Я стараюсь во всем ему следовать. Это основа основ. Всегда иду с открытым забралом. И очень уважаю всех, кто разделяет этот принцип со мной.
ELLE: День главного редактора: как он выглядит?
Гульжан: Не думаю, что мой день отличается чем-то особенным. Однако в возрасте 40+ ты уже не так расточителен ни в плане энергии, ни в плане времени. А еще ты строго следишь за тем, чтобы не нарушать то самое «колесо баланса» — стараешься прожить максимально качественно все сферы жизни. Распределяешь свой день и приоритеты так, чтобы раскрыться и как профессионал, и как женщина, и как хозяйка дома, и как личность с массой интересов и увлечений. И, конечно, в перерывах — пьешь много воды.
ELLE: Роль главного редактора — это во многом про выбор. Как вы принимаете решения в условиях постоянного давления?
Гульжан: Роль главного редактора — это больше не про выбор, а про ответственность. Это про твою величину — и внутреннюю, и внешнюю. Условия давления были, есть и будут. Во все времена. Такова наша профессия. Для нас — журналистов-информационщиков — это образ жизни. Мы, и я в частности, каждый день принимаем решения, и по многу раз. И раздумывать часто времени нет. Да, есть правила игры — от редакционной политики до политической обстановки в стране — и ты балансируешь. Потому что в первую очередь работаешь на интерес своей аудитории — рядовых граждан Казахстана, которые ценят, уважают и доверяют бренду «Информбюро».
Ирина Евгеньева: «Прямой эфир часто сравнивают с выходом в открытый космос»
Жизнь Ирины Евгеньевой уже более двадцати лет синхронизирована с ритмом новостей. В кадре она — воплощение контроля, сдержанности и точности. Стиль Ирины давно стал частью ее профессиональной идентичности, транслирующей уважение к аудитории. Но за секунды до старта, когда звучит обратный отсчет, начинается процесс, который требует не просто профессионализма, а невероятной отдачи.
ELLE: Каким был ваш самый сложный этап в начале карьеры и чему он вас научил?
Ирина: Я пришла в 2003 году, когда программа «Информбюро» уже была мощным брендом. Равняться на старших коллег, которые были профи, — это огромный вызов. Этот этап научил меня, что в нашей команде нет места посредственности. Сложно было научиться писать просто. После университета кажется, что журналистика — это высокие слова, но работа «в поле» показала другое. Этот этап научил меня главному: журналист — это мост. Если зритель тебя не понял, значит, ты зря вышел в эфир.
ELLE: Работа в кадре — это про контроль, сдержанность и точность. Где в вашей повседневной жизни появляется пространство для импульса и живых эмоций?
Ирина: Моя жизнь уже 23 года синхронизирована с ритмом новостей. Честно говоря, драйв «Информбюро» — это тоже мощная эмоция. Когда мы первыми узнаем новость или добиваемся справедливости для героя сюжета, это дает колоссальный импульс. Работа приучила меня к железной дисциплине, но вне студии я позволяю себе быть просто человеком. Импульс и эмоции я нахожу в общении с близкими. Главное пространство для живых эмоций — дом, где меня ждет мой сын, ему сейчас 15 лет. Это тот самый возраст, когда контроль из студии «Информбюро» не работает. С ним я учусь терпению, умению слушать и быть просто мамой, а не строгим выпускающим редактором. Именно сын помогает мне «заземлиться» после напряженного дня. Когда я вижу, как он растет, ищет свои ответы на жизненные вопросы, я понимаю, ради чего на самом деле стоит бороться за лучшее будущее для нашей страны.
ELLE: Что происходит за секунды до старта эфира, когда камеры уже готовы?
Ирина: Глубокий вдох — и полетели! Это момент абсолютной концентрации. Прямой эфир часто сравнивают с выходом в открытый космос, и это очень точное описание. В «ухе» — голос режиссера: обратный отсчет, минута до старта, готовность, десять секунд... Поехали! И тут начинается невесомость. Ты в кадре, а команда за пультом — словно в центре управления полетами. В этом пространстве нет прошлого и будущего, только здесь и сейчас. Потрясающее ощущение: адреналин, предельная ясность мысли и осознание того, что в эту секунду ты в каждом доме!
ELLE: Какие решения, о которых зритель даже не догадывается, вы принимаете в кадре?
Ирина: Даже в кресле ведущей я остаюсь выпускающим редактором. Прямой эфир требует мгновенных решений: на чем сделать акцент, как подать тяжелую новость или перекроить верстку за секунды. Если приходит «молния», я в моменте меняю информационную повестку. Это ювелирная работа — переставлять приоритеты выпуска на глазах у миллионов. Зритель видит лишь спокойствие в кадре, но внутри идет сложнейший процесс управления.
ELLE: Что для вас недопустимо в профессии?
Ирина: Ложь и равнодушие. Если тебе все равно, о чем ты рассказываешь, зритель это почувствует. Мы не имеем права на панику или непрофессионализм, особенно в экстренных ситуациях — будь то землетрясение, паводки или пандемия. В такие моменты люди смотрят на нас с надеждой. Предать это доверие, погнаться за дешевой сенсацией или проявить равнодушие — это профессиональное табу. Мы обязаны быть честными, даже когда это трудно.
ELLE: Как вы считаете, какие существуют негласные требования к женщине-ведущей, которых нет для мужчин?
Ирина: К женщине всегда больше требований по части внешности. Зритель может простить мужчине помятый пиджак, но к образу женщины приковано пристальное внимание: прическа, макияж, мимика. На «31 канале» нас всегда учили, что ведущая — это не просто красивая картинка, а прежде всего журналист.
ELLE: Как вы «выходите» из тяжелых новостей после эфира? Есть ли у вас свой способ переключения?
Ирина: С годами я выработала навык «профессионального отстранения», но это не значит, что я стала черствой. Помогает осознание выполненного долга: если мы рассказали об этом, значит, сделали шаг к справедливости. Порой ты выходишь из студии «Информбюро», едешь домой, но в голове продолжаешь прокручивать тему, обдумывать детали, искать скрытые причины. Эта внутренняя работа не прекращается, пока ты не найдешь для себя ответ или хотя бы понимание, как эта ситуация может разрешиться. Журналистика — это не та работа, которую можно просто оставить в офисе: твой мозг ищет решение проблемы 24/7, даже когда софиты уже давно погасли.
ELLE: В чем, на ваш взгляд, сила женского голоса в новостях сегодня?
Ирина: В сочетании мягкости и невероятной внутренней силы. Женщина-ведущая способна донести информацию более эмпатично, что критически важно в наше неспокойное время. Нам больше доверяют как «другу семьи», но при этом наш голос звучит твердо, когда речь идет о защите прав граждан и поиске истины.
ELLE: Если убрать камеру, что в вашей работе останется самым важным?
Ирина: Поиск правды. Работа выпускающего редактора, сбор информации, анализ фактов — это фундамент. Камера — лишь инструмент доставки, но суть моей профессии — быть честным проводником между событием и человеком.
Лимара Салих: «Зритель очень тонко чувствует фальшь»
В медиа нечасто встретишь истории, когда многолетняя пауза становится не шагом назад, а мощной точкой роста. Возвращение Лимары Салих в эфир спустя 10 лет — результат глубокой трансформации и осознанный выбор. Годы в должности выпускающего редактора не просто закалили характер, но и научили чувствовать нерв профессии изнутри. Сегодня ее голос в кадре звучит с той интонацией спокойствия и уверенности, которую невозможно сыграть — ее можно только прожить.
ELLE: Вы возвращаетесь в эфир спустя годы. Почему именно сейчас вам захотелось снова оказаться в кадре?
Лимара: За эти годы я никуда не уходила из профессии — оставалась в новостях, в редакции, жила этим ритмом. Со временем начинаешь иначе чувствовать ценность профессии, эфира, живого контакта с людьми. Не скрою, когда поступило предложение вернуться в эфир, были сомнения и множество вопросов. Но теплые отзывы коллег и друзей, их поддержка и искренний интерес помогли принять это решение. После первых эфиров я поняла, что зрители помнят, ждут и продолжают слушать — значит, все было не зря. Да, 10 лет меня не было в кадре, а сейчас я почувствовала, что снова готова. Готова говорить со зрителем напрямую, делиться не только информацией, но и опытом.
ELLE: Каким вы помните свой первый опыт работы в эфире и что сегодня ощущается уже совсем иначе?
Лимара: Моя деятельность ведущей началась в городе Усть-Каменогорск на телеканале «31 канал — Өскемен». С тех пор прошло немало времени, но я до сих пор помню свой первый эфир, маленькую студию, волнение перед включением. Когда загорается камера, всегда появляется ответственность перед зрителем. А сегодня ощущения совсем другие. Конечно, ответственность никуда не исчезла, но появилось больше уверенности, внутренней опоры. Сейчас я понимаю: зрителю важна не только идеальная подача, но и искренность, спокойствие, человечность. С опытом приходит умение не просто читать новости, а проживать эфир осознанно.
ELLE: Вы работаете и как ведущая, и как выпускающий редактор. Как этот опыт за кадром повлиял на вашу работу в студии?
Лимара: Работа одновременно в качестве ведущей и выпускающего редактора — это сложно и в то же время невероятно интересно. Зритель видит лишь красивую картинку в эфире, но за кадром всегда остается огромная работа: подготовка текстов, согласование тем, поиск информации, постоянное внимание к каждой детали. А работа в кадре, наоборот, помогает лучше чувствовать зрителя и понимать, какие темы действительно находят отклик. Роль выпускающего редактора значительно влияет на работу в студии как в профессиональном, так и в эмоциональном плане. Когда работаешь редактором, начинаешь видеть весь процесс целиком: знаешь всю кухню изнутри, сколько труда стоит за каждым выпуском, как принимаются решения, как проверяется информация, как мы буквально по минутам собираем эфир. То есть ты уже не просто ведущая, читающая текст, а часть большого живого механизма.
ELLE: Что для вас сегодня самое важное в разговоре со зрителем?
Лимара: Честность и уважение. Зритель очень тонко чувствует фальшь. Имея многолетний опыт в сфере телевидения, я выработала для себя основные правила общения со зрителями: искренность, энергия и темп, уважение к зрителям, культура речи и грамотная дикция. Важно говорить спокойно, понятно и по-настоящему. То есть не пытаться играть роль. Мне кажется, люди устали от искусственности и очень ценят искренний, человеческий тон.
ELLE: Сегодня телевидение конкурирует с digital-платформами и соцсетями. Как вы думаете, почему зрители продолжают доверять телевидению?
Лимара: Зритель стал намного быстрее и требовательнее. Сейчас невозможно просто красиво подать информацию — люди все проверяют, анализируют, сравнивают. В соцсетях информация появляется мгновенно, но не всегда проверяется. А в телевизионных новостях существует редакционная проверка, стандарты, профессиональная этика. Да, скорость сегодня важна, но еще важнее достоверность. И именно за этим зритель по-прежнему приходит к телевидению.
ELLE: Искусственный интеллект все активнее входит в медиа. Как вы к этому относитесь и может ли технология заменить живого ведущего новостей?
Лимара: Я думаю, технологии могут очень помогать в работе, и это нормально. Искусственный интеллект уже используется во многих сферах, в том числе и в медиа. Но полностью заменить живого ведущего он вряд ли сможет. Потому что зрителю важны не только новости, но и человеческая подача, эмоции, интонация, доверие. А это все-таки то, что дает именно человек.
ELLE: В этом году «Информбюро» отмечает 30-летие. Что для вас значит быть частью этой программы?
Лимара: «Информбюро» — это уже не просто новостная программа, а часть истории казахстанского телевидения — это бренд, которому доверяют. Всю свою сознательную жизнь я работаю в «Информбюро». Свою карьеру начала в любимом городе Усть-Каменогорске. В первые годы особенно радостно и волнительно было осознавать, что родители, родные и близкие люди искренне гордятся мной, переживают каждый эфир и верят в мой путь. А дальше был большой город Алматы, новые возможности, высокая ответственность. Но именно вера моих родителей, их любовь, поддержка и надежда стали для меня внутренней опорой, которая помогла не бояться перемен. Для меня «Информбюро» — это не просто профессия или средство доставки информации, это особый склад ума, где каждая секунда эфирного времени имеет значение, а каждый сюжет — это законченная история, меняющая мир вокруг.
Истории Гульжан Мукушевой, Ирины Евгеньевой и Лимары Салих доказывают: современное новостное телевидение держится не на суфлерах и сенсациях, а на людях. На их эмпатии и силе, на умении сохранять баланс и абсолютной преданности своему зрителю. В эпоху, когда информационный шум оглушает, а искусственный интеллект пытается имитировать эмоции, именно такой — честный, осознанный и глубокий — голос женщины в медиа становится той самой константой, которой хочется верить. И пока за секунды до эфира в студии звучит уверенная команда «Поехали!», мы точно знаем: по ту сторону экрана с нами говорят профессионалы, умеющие сочетать стальную выдержку с искренней человечностью.
Фото: Пресс-офис «31 канала»
