На Geneva Watches & Wonders Bvlgari возвращается второй год подряд — и делает это с четким высказыванием. В разговоре с Корин Ле Фолль (глава ювелирного направления Bvlgari) и Джонатаном Бринбаум (управляющий директор часового направления Bvlgari) мы обсудили, как Дом переосмысляет свои коды, объединяя ювелирное и часовое искусство в единую историю.
ELLE: Концепция золота и стали присутствует в дизайне Bvlgari с 1970-х. Почему сегодня было важно вернуться к этому сочетанию и какой новый смысл вы в него вкладываете?
Джонатан: Для нас это не просто эстетика, а часть ДНК бренда. Впервые в рамках Watches & Wonders мы объединяем ювелирное и часовое направления, и это не случайно.
Сталь традиционно ассоциируется с часовым искусством, в ювелирном деле она используется редко. Bvlgari был одним из немногих брендов, кто начал работать с этим материалом еще в 70-х и активно экспериментировал с сочетанием золота и стали. Это было смелое и новаторское решение.
Корин: Это новый этап: сейчас мы особенно стремимся представить Bvlgari как единый Дом — и ювелирный, и часовой одновременно. И, продолжая мысль Джонатана, история золота и стали — или даже целая сага — это история инноваций.
К слову, сталь — совсем непростой материал для ювелирного искусства: работать с ним сложнее, чем с золотом. Мы переосмыслили культовую технику Tubogas, представив новые украшения — браслеты, кольца и ожерелья, где сталь сочетается с желтым золотом. Это делает изделия более легкими, универсальными и современными. В целом это и есть суть всей истории: про дизайн и инновации, про нетипичные на первый взгляд сочетания.
ELLE: Коллекция Serpenti Tubogas Capsule выглядит особенно смело и архитектурно. Как появился мотив studs (шипы — прим. ред.) и как он изменил восприятие Serpenti?
Корин: Шипы — это часть той геометрии, которая также была взята из нашего архива. Мы работали с этой формой еще в 70-е годы.
Идея заключалась в том, чтобы переосмыслить этот элемент, ведь это очень сильный символ. И здесь важно то, о чем говорил Джонатан: синергия между часовым и ювелирным направлениями. Нам показалось, что этот браслет обладает мощным визуальным характером и идеально работает и как украшение, и как часы.
Джонатан: Это первый случай, когда мы буквально перенесли один и тот же дизайн из ювелирных изделий в часы.
Классический Tubogas — это одно из ключевых savoir-faire бренда. Но здесь мы хотели усилить эффект, поэтому добавление шипов в часы было абсолютно логичным решением. Это позволило объединить две линии в одной модели — как вы правильно заметили, в одной из самых знаковых для Bvlgari. Потому что, если говорить о главных часах бренда, то это, безусловно, Serpenti Tubogas.
ELLE: Если говорить о четырех новых моделях, какая вам ближе всего?
Джонатан: Лично мне больше всего нравятся версии из золота и стали. В целом сила Tubogas в разнообразии: это не только стальные часы, но и двухцветные версии, а также полностью золотые модели. Часы из капсульной коллекции Serpenti Tubogas Studs представлены в разных вариациях: золото и сталь, бриллианты, а также циферблаты из перламутра, сердолика, содалита и малахита. Эта модель лучше всего отражает связь с ювелирным направлением и смелую идею сочетания золота и стали, появившуюся еще в 70-х. Каждая из четырех моделей выходит лимитированным тиражом в 800 экземпляров.
ELLE: С запуском Schuola Bvlgari вы инвестируете в новое поколение мастеров. Насколько важны образование и ремесло для будущего бренда?
Корин: Мастерство, savoir-faire и передача этих знаний всегда были крайне важны для Bvlgari. Во многом это связано и с семейной историей бренда: по сути, вся история нашего дома — это история ремесла и передачи традиций из поколения в поколение. Это всегда было фундаментом.
На протяжении многих лет у нас существовала внутренняя программа — еще не школа, а академия Bvlgari в Валенце. Это была система обучения для молодых ювелиров, которых мы принимали на работу.
Когда мы приняли решение расширить производство, стало очевидно: сейчас правильный момент создать собственную школу. В индустрии ощущается серьезный дефицит специалистов — как в ювелирном деле, так и в часовом искусстве.
Новое здание позволило нам пойти дальше и создать полноценную образовательную среду. Это уже настоящая ювелирная школа. Мы принимаем студентов преимущественно из Италии, но у нас много и международных участников — в партнерстве со Школой ювелирного дизайна в Неаполе, одной из самых известных в стране. В этом году у нас две группы — программа стартовала в сентябре. Есть два направления: ювелирное дело и закрепка камней. Обучение длится от 12 до 18 месяцев, по окончании студенты получают диплом, признанный государством Италии. И дальше они свободны в выборе — могут остаться с нами или работать где угодно.
Для нас это был важный и абсолютно логичный шаг. Мы давно укоренились в Валенце, поэтому создание школы здесь казалось естественным решением — и момент для этого был выбран идеально.
ELLE: Octo Finissimo Ultra Tourbillon Platinum — самые тонкие платиновые турбийон-часы в мире. С какими ключевыми сложностями вы столкнулись, работая с таким плотным и требовательным материалом, как платина, при создании ультратонкой конструкции? Можно ли ожидать, что однажды появится ювелирная версия Octo?
Джонатан: Главный вызов линейки Ultra с самого начала — это прочность. Когда речь идет о такой толщине — 1,75 мм для корпуса и 1,85 мм для турбийона, — часы по сути становятся сравнимыми с листом бумаги. Поэтому ключевой вопрос: как обеспечить прочность конструкции, особенно при работе с платиной.
Именно поэтому, независимо от материала — будь то титан в корпусе или браслете либо платина, — у нас есть общий принцип: основа конструкции выполнена с использованием карбида вольфрама. Это единственный материал, способный выдерживать давление, возникающее при размещении такого количества компонентов внутри корпуса.
В случае с турбийоном сложность была еще выше: чтобы уместить его в корпус толщиной 1,85 мм, нам пришлось полностью переосмыслить конструкцию и буквально «перевернуть» турбийон по сравнению с классической схемой.
Если говорить о платине, то здесь речь скорее о восприятии материала — его статусе и ценности. Она усиливает ощущение драгоценности и выводит этот мировой рекорд на почти символический уровень. Синий цвет, в свою очередь, добавляет контраст и визуально отличает эту модель от предыдущей. Но, поверьте, на этом уровне главная задача — именно прочность.
Еще один важный момент: для нас было принципиально, чтобы Ultra не оставались прототипами. Это полноценные серийные часы, которыми можно пользоваться каждый день.
Что касается ювелирной версии Octo — спасибо за вопрос. Пока нет. Finissimo изначально создавался как технический манифест — демонстрация инженерного мастерства. За 12 лет эта линия установила 10 мировых рекордов по толщине и получила около 70 наград, включая главный приз «Золотая стрелка» (Aiguille d’Or) Женевского гран-при часового искусства (GPHG) в 2021 году за самый тонкий вечный календарь. Но сейчас мы выходим за рамки исключительно технического подхода. Новая модель 37 мм — это уже другой этап. Да, она остается технически сложной: новый калибр стал на 20% меньше, при этом запас хода увеличился на 20%. Мы не стали упрощать конструкцию, наоборот, сделали механизм еще более эффективным. При уменьшении размера главная проблема — это энергия: чем меньше калибр, тем сложнее обеспечить стабильную работу.
Тем не менее, эта модель задумывалась как более универсальная. Размер 37 мм подходит и для мужчин, и для женщин. Например, версия из золота или титана — легкая, более универсальная, с мягкой, почти женственной эстетикой. Полированный и сатинированный титан дает игру фактур, при этом он легче стали. Именно это делает модель интересной: она выводит Finissimo в новое измерение — не только техническое, но и стилистическое.
При этом мы закладываем потенциал на будущее. Корпус стал немного толще — буквально на 0,1 мм, — чтобы оставить пространство для возможных экспериментов: например, с твердыми камнями на циферблате или даже декором заводной головки.
Это скорее возможность, чем конкретный план. Изначально мы задумывали эти часы как более универсальные по дизайну — с потенциалом, возможно, однажды превратиться в ювелирную модель. Почему бы и нет.
Интервью: Айгерим Кайназарова
Фото: Courtesy of Bvlgari
