Сегодня, когда минимализм начал опасно граничить с затяжной депрессией, Жюльен Доссена решил провозгласить время модного восстания. Пока индустрия прилежно застегивалась на все пуговицы в бежевых кардиганах, он превратил подиум Rabanne в любовное письмо эпохе, знавшей толк в выживании.
Взяв за основу винтажные силуэты 1940-х, найденные в туманном Лондоне, Доссена не стал играть в историческую реконструкцию. Вместо этого он перенес дух сопротивления на шумные, пропахшие крепким кофе и авантюрами улицы парижского Гар-дю-Нор. В результате родились образы, которые выглядят так, будто их собирали в полной темноте, но каким-то чудом сохранили запредельный интеллектуальный шик.
Это «новый гранж» для тех, кто греется в нетопленых парижских мансардах, инстинктивно наслаивая на себя все самое любимое сразу. Здесь маскулинные пиджаки в клетку соседствуют с мерцающими юбками, а жаккардовые свитера — главная страсть нынешних подиумов — ведут себя подчеркнуто дерзко в паре с шелковыми комбинациями. Даже классические блейзеры обретают колючий характер благодаря массивным люверсам, напоминающим пирсинг.
Безусловный фаворит редакции? Нежные «чайные» платья, которые буквально тонут в объятиях фирменной металлической кольчуги. Именно они стали отправной точкой всей истории — те самые винтажные находки, случайно обнаруженные дизайнером в туманном Лондоне.
Фото: Courtesy of Rabanne
