Николя Жескьер всегда был архитектором будущего, но в своей коллекции FW '26 для Louis Vuitton он решил возвести это будущее на фундаменте из мха, базальта и древних преданий. В поисках идеального пространства для своего повествования дизайнер пригласил гостей в Cour Carrée, превратив внутренний двор Лувра в инопланетный горный ландшафт.
Юра 2.0.
В тандеме с Джереми Хиндлом — художником-постановщиком сериала «Разделение» — Жескьер воздвиг футуристические пики, подножия которых укрыты изумрудными треугольниками мха. Эта инсталляция стала одой малой родине самого Луи Виттона, горному региону Юра на границе Франции и Швейцарии, и одновременно — безупречным фоном для глубокого исследования «антропологии моды».
Городские кочевники
В коллекции FW '26 Жескьер предпринял попытку объединить мировые культуры через их сакральное отношение к стихии. «Природа — величайший дизайнер, а фольклор — лишь попытка человека объяснить её первобытную силу», — резюмировал дизайнер за кулисами шоу.
Показ открыли силуэты, способные заставить вздрогнуть даже самых убежденных минималистов. Гипертрофированные плечи кейпов и пальто, вдохновленные формой традиционных пастушьих кепенеков, выходили далеко за пределы привычных пропорций. Тяжелый фетр, ворсистая шерсть и фактуры, имитирующие поверхность необитаемых скал, превратили моделей в нео-кочевниц, готовых в любой момент сменить кресло бизнес-джета на суровые экспедиции в Андах.
Ягнята, цыплята и не только
За суровыми текстурами фетра и ворсистой шерсти, превращающими моделей в нео-кочевниц, скрывалась трогательная игра в «переодевание». Огромные треугольные шапки из овчины отсылали к бумажным корабликам из детства, а на подолах юбок расцветал наивный зверинец из ягнят и цыплят, выписанных рукой художника Назара Стреляева-Назарко.
Также Жескьер искусно замиксовал полевые комбинезоны, переродившиеся в атласе с мягкими воротниками-хомутами, с кожаными куртками в ромбовидную прошивку и многослойными виниловыми плащами, похожими на обертки от конфет. И все же главным фаворитом редакции стали аксессуары: узелки на палках, как у сказочных странников, и сумки с коровьими колокольчиками.
Технологии в «овечьей шкуре»
Жескьер не был бы собой без технологических «фокусов», переводящих архаику на язык хай-тека. Пуговицы, напоминающие редкие минералы, и каблуки, имитирующие оленьи рога, на поверку оказались торжеством 3D-печати. А кожа была обработана мастерами так, чтобы повторять фактуру дерева, оставаясь при этом мягкой и пластичной.
Возвращение легенд
Для тех, кто хранит верность архивам, дизайнер вернул легендарную Noé в ее первозданном виде 1932 года и Petite Malle — хит своей самой первой коллекции. Это стал тонкий кивок в сторону корней Louis Vuitton — компании, которая начиналась с сундуков для реальных путешествий, а не для сторис в Instagram.
Фото: Courtesy of Louis Vuitton
