На борту батискафа «Титан», пропавшего с радаров 19 июня 2023 года, находились 58-летний британский бизнесмен и исследователь Хэмиш Хардинг, 48-летний бизнесмен из Пакистана Шахзада Дауд и его 19-летний сын Сулейман, 77-летний французский исследователь Поль-Анри Наржоле и 61-летний Стоктон Раш, директор компании OceanGate, занимающейся экспедициями к «Титанику». Наиболее вероятной причиной крушения послужила имплозия — мгновенное разрушение прочного корпуса под воздействием огромного давления воды на глубине.
Кристин Дауд, чей муж и сын погибли в трагедии, подробно рассказала, как останки ее родных были переданы ей «в коробках из-под обуви».
«Мы не получали тела девять месяцев. Ну, когда я говорю “тела”, я имею в виду ту “кашу”, которая осталась. Они были доставлены в двух маленьких коробках, похожих на коробки из-под обуви»,
— поделилась Кристин.
«Они мало что смогли найти. У них огромная куча, которую они не могут разделить, вся ДНК смешана, и они спросили, не хочу ли я тоже что-нибудь из этого. Но я сказала нет, только то, что вы знаете, это Сулейман и Шахзада»,
— добавила Дауд, говоря об останках, отметив, что их исследовали в Береговой охране США.
Хотя в июне исполнится три года со дня трагедии, Кристин сказала, что сохранила кабинет мужа и комнату сына в точно таком же виде, в каком они их оставили.
Она также рассказала, что модель «Титаника» из Lego, собранная Сулейманом из 9090 деталей, до сих пор нетронута и стоит в стеклянной витрине на ее кухне.
«Люди всегда немного шокированы, когда видят ее. Но что мне было делать? Разорвать отношения? Спрятаться? Сулейман потратил на это столько времени. Он был очарован “Титаником” с тех пор, как мы побывали на огромной выставке, когда жили в Сингапуре»,
— добавила Дауд.
В разгар своего траурного периода Кристин, которая сейчас живет в Суррее, Великобритания, со своей 20-летней дочерью, поделилась, что она «научилась» уделять своему горю «внимание». Но это нелегко.
«Я захожу в комнату Сулеймана. Иногда я нахожу кошку, спящую на его подушке, и сажусь на кровать, позволяя горю прийти. И через некоторое время я могу отложить горе до следующего раза, когда оно станет слишком сильным. Я много работала над своим горем по Сулейману, но только сейчас начинаю скорбеть по мужу. Публично их всегда представляют вместе, но это разные отношения. Две совершенно разные боли»,
— добавила Кристин Дауд.
Фото: Courtesy of Engro
Corporation/ Shutterstock
Источник: The Guardian
