Под гипнотический саундтрек — от меланхоличных переливов Бьорк до взрывных бразильских ритмов Barbatuques — Майкл Райдер представил новую коллекцию Celine. Вместо погони за минутными трендами он предложил переосмыслить само понятие роскоши — и вывел на подиум мужчин, которых легко представить в вагоне парижского метро или на углу Saint-Germain-des-Prés. Это были герои с разными характерами, самобытными темпераментами и сложной индивидуальностью, которых объединяет тонкое, почти интуитивное понимание одежды.
Мы собрали 5 ключевых моментов и уроков этого показа, которые определили новую главу в истории Celine.
Великое примирение: на стыке ДНК Фило и Слимана
Принять руководство Celine — значит оказаться меж двух огней, между двумя кардинально разными эстетиками. От Фиби Фило (с которой Райдер работал лично в ее «золотую» эпоху) дизайнер унаследовал интеллектуальную эклектику и глубокое убеждение: одежда должна служить человеку, его характеру и комфорту, а не просто глянцевой картинке. От Эди Слимана ему досталась в наследство рок-н-ролльная небрежность, страсть к субкультурам и культ андрогинного силуэта.
Однако Райдер не стал выбирать чью-то сторону. Вместо этого он выстроил собственный язык, где образы балансируют на грани жесткого и мягкого, структуры и движения.
Культ «обжитого» гардероба: от кутюра до секонд-хенда
Главный философский посыл — абсолютная свобода сочетаний и призыв сменить потребительский азарт на умение смотреть на свои вещи под другим углом. Райдер уверен: одежда не должна выглядеть так, будто ее только что принесли из бутика со срезанными бирками.
Все образы на подиуме казались реальными и осязаемыми, словно их бережно собирали десятилетиями. В одном аутфите легко уживались вещи, как будто купленные на парижском блошином рынке, доставшиеся в наследство от старшего поколения или привезенные из далеких путешествий. Рубашка с театральным, почти викторианским жабо здесь носилась так же легко, как обычная белая футболка. Скульптурный жакет застегивался на гигантскую английскую булавку прямо поверх майки-алкоголички, а потертый тренч выглядел так, словно верой и правдой служил своему владельцу много лет под парижскими дождями.
«Мы сами создаем персонажей, которыми хотим быть, — делится дизайнер. — Внутри Celine скрывается множество миров, и это меня вдохновляет».
Эклектика проявилась и в бескомпромиссном столкновении кодов разных субкультур. Райдер срифмовал буржуазный кашемир со спортивными легинсами, а аристократичные кейпы — с неопреновыми свитшотами, напоминающими гидрокостюмы. В эту мозаику органично вписались и нотки хиппи-шика, которые дизайнер выразил через повязки на голову с бахромой и полудрагоценные камни, закрепленные прямо на лбу моделей.
Сумки-колье, одна перчатка и бахрома
Дизайнер смело переосмыслил функционал привычных вещей. Классические свитеры трансформировались в объемные шарфы. Сумки носились на шее, напоминая перевернутые массивные колье. А кожаные перчатки заправлялись за пояс или становились единственным цветовым взрывом — как одна-единственная ярко-красная перчатка посреди тотально бежевого лука.
Игра пропорций
Если говорить об объемах, то, с одной стороны, Райдер удвоил ставки на возвращение экстремально узких брюк-дудочек. С другой — ввел в коллекцию долгожданную легкость через струящиеся брюки-баллоны и летящие пальто-накидки
Отдельный ироничный оммаж корням модного Дома (который в 1945 году, напоминаем, начинался с производства детской обуви) — утрированно уменьшенные пропорции. Короткие блейзеры сидели на моделях настолько плотно, словно парни выросли из них еще пару лет назад.
Tough & Tender
Обувь в коллекции окончательно заземлила сложные сочетания и перенесла их в реальную жизнь. Наряду с балетками на плоской подошве («джазовками») и грубыми остроносыми сапогами Celine представили коллаборацию с Reebok. Архивные кроссовки Freestyle 80-х годов в белом, черном и коричневом цветах были намеренно состарены, затерты и покрыты патиной, чтобы поддержать концепцию винтажного гардероба.
ELLE Вердикт
Эту эстетику невозможно загнать в жесткие рамки какого-то одного стиля: это не преппи, не бохо, не готика и не чистый минимализм. Это нечто гораздо большее — «намеренная непреднамеренность». Тщательно отрепетированная случайность, которая транслирует абсолютную внутреннюю свободу.
В своей записке к показу Майкл Райдер оставил три главных слова: «РИСК. СТИЛЬ. ИСКРЕННОСТЬ». Кажется, именно этой формуле в новом сезоне стоит следовать беспрекословно. В конце концов, истинная роскошь сегодня — это иметь всего несколько вещей, но уметь носить их с абсолютной независимостью от чужого мнения.
Фото: Courtesy of Celine
