Когда мы думаем об Hermès, на ум прежде всего приходят безупречные кожаные изделия и конное наследие Дома. Однако вторая глава осенне-зимней коллекции 2026 года, представленная арт-директором женской линии одежды Надеж Ване-Цыбульски в Лос-Анджелесе, открыла нам совершенно новую, неожиданно мягкую и текучую сторону легендарного французского бренда.
Разбираем 5 главных моментов, которые сделали этот показ одним из самых обсуждаемых событий сезона.
Бель-Эйр как декорация для перемен
Местом действия стал специально построенный для показа особняк нежно-желтого цвета в престижном районе Лос-Анджелеса — Бель-Эйр. Это мероприятие стало третьей частью уникального формата «путешествующих» показов, запущенного Hermès в Нью-Йорке в 2024 году и продолженного в Шанхае.
В Лос-Анджелесе, на фоне «золотого часа», коллекция, начавшаяся в Париже как исследование аутдор-эстетики, трансформировалась в глубокую рефлексию о танце, перформансе и калифорнийской легкости. А среди гостей, наблюдавших за дефиле, были замечены Майли Сайрус, Кеке Палмер и Хлоя Файнман.
Платье как новая ода шелку Carré
Главная сенсация коллекции — возвращение (или, скорее, рождение) категории платьев в гардероб Hermès. Надеж Ване-Цыбульски предложила радикальный взгляд на знаковый шелковый платок Carré. Вместо того чтобы просто дополнять им образ, она трансформировала его в струящиеся, архитектурные наряды.
«Платья — это что-то новое для Hermès. Идея заключалась в том, что платок может трансформироваться в платье: ткань драпируется вокруг тела, а затем обретает структуру»,
— пояснила дизайнер.
Результатом стали модели с высокой талией, глубокими вырезами и воздушные топы в нежно-сливочных и экрю оттенках. Эти образы гармонично сочетались с более строгими элементами, такими как оксфордские рубашки и классические пальто, создавая многослойный и функциональный гардероб.
Балетная эстетика
Вдохновением для коллекции послужил образ танцовщицы — как на сцене, так и вне ее. Надеж Ване-Цыбульски провела параллель между мастерством ремесленника и навыками балерины, объединив в одном пространстве грацию и безупречное исполнение.
Отсюда — появление скульптурных корсетных силуэтов, напоминающих пуанты, и брюк с плиссировкой, которые идеально драпировались при движении. В коллекции также нашлось место пайеткам, бисеру и атласу, которые привнесли в образы вечерний блеск, отражающий огни ночного города.
Цветовая палитра: от рассвета до заката
Цвет стал важным инструментом повествования. Сливочно-желтый оттенок, пронизывавший всю коллекцию, символизировал оптимизм залитого солнцем Лос-Анджелеса. Яркие вспышки оранжевого (знаковые цвет Hermès) и глубокие красные тона создавали драматический контраст, который по мере продвижения показа плавно перетекал в абсолютный черный, вторя наступающим сумеркам над Бель-Эйр.
Аксессуары в «живом» контексте
Несмотря на акцент на платьях, дом Hermès остался верен своей ДНК: культовые сумки Birkin и Kelly, а также ботфорты в жокейском стиле присутствовали в изобилии. Однако в сочетании с летящим шелком и блеском пайеток эти аксессуары обрели новое, почти кинематографичное звучание.
Коллекция в Лос-Анджелесе доказала: современная женщина Hermès не стоит на месте. Она находится в состоянии вечного движения, выбирая одежду, которая столь же пластична и многогранна, как и сама жизнь.
Фото: Courtesy of Hermès
