Кутюрный сезон в Париже открылся грандиозно и эпически. Дэниел Роузберри, креативный директор Schiaparelli, представил коллекцию The Agony and the Ecstasy, вдохновленную… потолком Сикстинской капеллы. Прошлой осенью дизайнер побывал в этом храме искусства — и впечатления от встречи с Микеланджело почти мгновенно нашли отражение в его креативном воображении.
«Для меня важен не столько внешний вид одежды, сколько ощущение, которое она вызывает при создании», — сказал Роузберри. И это ощущение буквально витало в воздухе на показе. Женщины-хищники с крыльями и клювами пробирались по темной арене, где привычная красота уступила место фантазии и сюрреализму. Их образы — экзотические Infantas Terribles, чудовища кутюра, которых теперь будет трудно забыть.
Особенно поражали детали. Бальное платье, покрытое 65 000 перьев ручной работы, потребовало более 8 000 часов работы. Корсетное платье с жемчужными ракушками — 4 000 часов тончайшей вышивки. А тюлевое с обработанным ножницами краем, бюстье с гребнем и 25 000 шелковых перьев выглядело так, будто бросает вызов самой гравитации. Также Роузберри отдал дань уважения легенде моды. Один из образов был вдохновлен Изабеллой Блоу — известным редактором, коллекционером и музой. Дизайнер переосмыслил ее фамилию и создал костюм с острыми плечами, усыпанный шипами из органзы, напоминающей рыбу-фугу — дерзко, но с характерным шиком, который и сделал Блоу культовой фигурой.
Не обошлось и без фирменной провокации Роузберри. Он переосмыслил драгоценности, которые прошлой осенью были украдены из Лувра. «Я собирался идти домой после кражи и подумал: разве не интересно переосмыслить эти украшения?», — заключил дизайнер.
Фото: Courtesy of Schiaparelli
